Eugene (Hanan) Krasnoshtein (3_14pi) wrote,
Eugene (Hanan) Krasnoshtein
3_14pi

Умер отец


1-го мая умер отец. Сегодня были похороны. Поверить в это совершенно невозможно. Не знаю как говорить о нём. Какие бы слова не пытался написать - всё не то, стираю, пишу другие, опять стираю. Он был не похож на других людей, не похож ни на кого из тех, кто встречался мне в жизни. Не так, как все мы отличаемся друг от друга, а своим масштабом, энергией, отношением к людям, к делу. Это чувствовалось сразу для того, кто попадал в сферу его влияния.


На панихиде было очень много людей. Сколько точно не знаю. Несколько сотен. Переполненный актовый зал пермского политеха. Потом похороны и поминки. На поминки пришло примерно двести человек. Я очень боялся, что атмосфера будет казённой и официальной, т.е. совершенно противоречащей духу отца. Но, к счастью, не смотря на такое количество людей, было ощущение общности состояния, настроения, чувствования. Все говорили просто и искренне, с большой любовью и уважением. Миша (старший брат) написал ночью короткую речь, точнее несколько слов, выражающих наши чувства. Мы вышли на сцену втроём с его старшим сыном, 23-летним Гришей, у которого с отцом была горячая и совершенно взаимная любовь. Миша читал написанное и плакал, а Гришка в какой-то момент зарыдал в голос. Гришка, который отслужил 4 года в Саерет Манкаль, самом элитном израильском спецназе, который уже терял своих товарищей на операциях, про которые он ничего не рассказывает, и знает, что такое смерть. У меня тоже были слёзы на глазах, но плакать не мог. Не знаю, может это ещё придёт, а может... Не знаю. Потом Гришка прочитал письмо от Михаль, мишиной младшей 12-летней дочери. Письмо на иврите, очень простое и трогательное, но мы не стали уже его переводить.

Всё это время гроб стоял на сцене, возле нас. С открытой крышкой. Об этом писать особенно тяжело. В этом есть что-то очень неправильное. Всё моё существо восставало против этого и говорило, что так не должно быть. Это
отвлекало внимание, мешало сосредоточиться на своих чувствах, ощущениях. Невозможно было ни смотреть в сторону гроба, ни отводить от него надолго взгляд. Но то, что я видел там, не было отцом. Отец был на очень хороших фотографиях, которые проэцировались на большой экран. Там он был живым, полным сил и обаяния. Отец был в моём сердце, в воспоминаниях. Когда все церемонии закончились и крышку закрыли, я вздохнул про себя с большим облегчением.

Пока не хочется думать о том, что будет завтра, о том, как привыкать к жизни без него. Это ещё предстоит осмысливать и переживать. Хочется в заключение дать несколько ссылок, где говорят об отце говорят другие. Мне нужно время, чтобы написать о нём что-то своё. Одно точно, никто на свете не оказал на меня большего влияния и не был большим авторитетом, чем он. Я счастлив, что мне выпало быть его сыном и благодарен ему за очень много вещей, перечислить котороые невозможно.
блог Чиркунова, губернатора Пермского края
статья в Комсомольской Правде
К 70-летнему юбилею
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments