Eugene (Hanan) Krasnoshtein (3_14pi) wrote,
Eugene (Hanan) Krasnoshtein
3_14pi

Кризис молчания

Хочу продолжить тему, начатую в предыдущем посте, взглянув на неё немного под другим углом.

Поговорив о кризисе как в ЖЖ, так и напрямую со своими знакомыми и родственниками из России, я обнаружил такое явление. Большинство здравомыслящих людей более-менее понимают, что происходит, но предпочитает об этом не говорить. Более того, когда я завожу разговор на эту тему, то часто встречаю сопротивление у собеседника, очень похожее по ощущениям на сопротивление клиента, возникающее во время психотерапевтического сеанса при затрагивании вытесняемых тем.

Общая картина психологических переживаний моих российских знакомых, связанных с кризисом, имеет несколько характерных черт. Люди понимают, что кризис это серьёзное испытание, которое, подобно стихийному бедствию, невозможно ни остановить, ни предотвратить. Каждый готовится к нему в меру своих сил и возможностей. Многие понимают, что пришло время платить по счетам за неоправданно большие зарплаты, за годы жизни не по средствам, особенно людям занятым в сервисе и пиаре. Это даже вызывает у кого-то мстительную радость, потому что народ устал от пустой мишуры, от созерцания неадекватно богатеющих молодых людей со стеклянными глазами, не обременённых скромностью, порядочностью и  реальным умением что-то делать. Всё это вполне понятно и разговоры на подобные темы сегодня не редкость.

Но существует ещё один аспект, более важный и насущный, на мой взгляд, о котором россияне в большинстве своём не пишут. Это то, что может сделать каждый от дельный человек, чтобы хоть как-то изменить к лучшему сложившуюся в стране ситуацию.

 Сам по себе кризис это неизбежное объективное явление, являющееся обратной связью природы вещей на наши ошибки. В этом смысле он имеет положительный характер. Как говорил Ницше: "то что не убьёт нас, сделает сильнее". Вот именно, если не убьёт. Но для многих фирм, организаций и политических структур кризис может оказаться слишком серьёзным испытанием, которое их разрушит. И  Россия, на мой взгляд, находится именно в этой группе риска. Т.е. сама страна, конечно, не разрушится, но её могут потрясти катаклизмы, сравнимые по масштабам с началом 90-х, но с более тяжёлыми последствиями. Потому что тогда это были результаты болезней роста, а нынешние болезни результат деградации. Это, кстати, тоже очень многие понимают. Но если с самим кризисом сделать ничего нельзя, то с властью, которая совершает явные ошибки, можно. И влияние народа на власть, обратная связь "снизу" становится на сегодняшний день задачей напрямую связанной с выживанием. 

 Не подумайте, я не призываю к свержению власти или к каким-то другим резким движениям. Не думаю, что сегодня это изменило бы ситуацию к лучшему. Я говорю только о необходимости контроля за властью и влияния на неё со стороны простых граждан России. В последние годы состояние российских СМИ по степени необъективности и тенденциозности стало напоминать советские застойные времена. Это позволяет власти вести себя чрезвычайно лживо и безответственно.

Вспомните с чего начались изменения, приведшие к развалу социалистической системы?

С гласности.

Т.е. когда люди просто начали говорить в полный голос о том, что до этого обсуждалось на кухнях, одного этого оказалось достаточно, чтобы ситуация вышла из-под контроля власти и в корне изменилась. Появился материал для осмысления и осознания процессов, происходивших до этого в подсознании общества.

Как психолог я могу сказать, коррекция психологических проблем начинается, во-первых, с понимания того, что они существуют в самом человеке, во-вторых, с попытки осознать их, проследить скрытые механизмы, и только потом приходит видение альтернативы, свободной от невротических мотивов. Не зря человек, приходящий в общество Анонимных Алкоголиков, начинает свою исповедь со слов: "Я алкоголик". Это самое трудное и самое продуктивное признание, которое он делает на пути к выздоровлению.

Поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне кажется, что большинство россиян боятся сегодня произнести эти слова признания личной проблемы и ответственности, боятся разрушить хрупкую надежду на то, что всё ещё не так плохо, что пронесёт.

Да, экономическая ситуация в стране пока относительно стабильна. Но есть другая болезнь, которая уже зашла в одну из последних наиболее опасных стадий. Это отсутствие у среднего гражданина возможности получать объективную и достоверную информацию из государственных СМИ, отсутствие возможности свободно и открыто высказывать свою позицию, влиять на политические процессы в стране. Я, как человек, наблюдающий извне, не могу смотреть российские новости на первом и втором канале. Это настолько напоминает мне конец 70-х, что становится не по себе. Дело даже не в самих фактах, а в акцентах, в способе подачи, в недоговаривании всей правды, в тоне. Единственный русскоязычный канал, новости на котором относительно объективны, это RTVi, работающий совместно с Эхом Москвы.

Я не знаю, насколько люди понимают, как плохо обстоит дело с российским информационным пространством, но пришло время об этом говорить. Сегодня молчание стало по-настоящему критично. Сегодня от каждого человека зависит ближайшее будущее всей страны, от его способности быть честным с самим собой, от смелости говорить вслух то, что на сердце.

В советские времена у людей не было интернета, не было этой общедоступной и самой демократичной и интернациональной медии. Нынче же каждый, кто захочет, может написать о своих мыслях, страхах, чувствах в блоге, который прочтут другие. Но именно здесь наступает самое сложное, здесь включается то сопротивление, о котором я говорил в начале. Ведь сказав "я алкоголик", человек берёт ответственность за происходящее на себя. Он понимает, что с этого момента больше не сможет винить обстоятельства и правительство в своих бедах и неудачах. В контексте нынешней ситуации  в России это означает сказать: "Я больше не хочу, чтобы мне вешали на уши сладкую лапшу, я хочу слышать и говорить правду, я хочу понимать, что происходит, чтобы иметь возможность влиять на ситуацию". Когда я представляю своих российских друзей и знакомых, пытающихся вслух произнести эти фразы, у меня появляется ощущение комка в горле, комка не дающего говорить, парализующего тело. Мне очень хорошо знакомо это состояние, когда сидящий перед тобой человек всем своим существом понимает, что он должен произнести нечто подобное, но не может. И я так же знаю, что когда ему это удаётся, то наступает большое облегчение и жизнь вступает в новую фазу, в ней появляется содержание и внутренняя опора, которых так не хватало раньше.

Мне очень хочется, чтобы в России всё было хорошо. В этой стране осталась большая часть моей души. Там живёт мой отец и множество других дорогих мне людей. За 19 лет прожитых в Израиле я научился ценить и уважать эту возможность говорить вслух, о том, что ты думаешь, эту степень включённости каждого гражданина в жизнь всей страны, это реальное равенство президента и простого рабочего перед законом - всего того, что так всегда не хватало россиянам.  Поэтому, наверное, я так остро и отчётливо слышу молчание своих друзей, и, видимо, поэтому оно так режет мне слух и сердце. А иначе зачем бы я стал всё это писать, дорогие мои читатели?

Tags: общество, психология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments