Eugene (Hanan) Krasnoshtein (3_14pi) wrote,
Eugene (Hanan) Krasnoshtein
3_14pi

На Золотых Песках

Очень захотелось европейской осени. Не долго думая и соблазнившись ценой отправились на три дня в Болгарию.
Далее следуют лоскутки дорожных мыслей и впечатлений, составивших ткань небольшого рассказа.

Художник


Первым вечером вышли прогуляться к морю. По дороге открытые бары ресторанчики. Народу, правда, не очень много. Все говорят по русски, причём довольно хорошо. Не чувствуется никакой враждебности. Проходим мимо выставленных на улице картин. Задерживаемся, начинаем рассматривать. Картины, выставленные для обозрения, написаны в постмодернистском стиле. Не трогают, хотя в них чувствуется больше содержания чем можно было ожидать от такого стиля в таком месте.
Появляется художник. Ему лет 55. Лицо многослойно. Угадывается интеллигентность, под налётом измождённой богемности и разочарования. Показывает другие свои работы: выполненные в масле пейзажи, натюрморты, обнажённая натура. В глаза бросаетсается две вещи: достаточно высокий уровень исполнения, на некоторых картинах даже экспрессия, и не соответствующая этому эклектичность тем и манер работ. Видно, что человек пытается подстроиться под весь спектр разношёрстного туристского вкуса. Завязывается разговор (говорим на русском). Выясняется, что Инна художник и что мы из Израиля. Сетуем на низкий уровень изобразительного искусства в нашей стране. «А зачем им живопись?», – вдруг восклицает он с неожиданным раздражением. «?», – смотрим с недоумением. «Они деньги очень хорошо рисуют, лучше, чем я картины. Вот сегодня нарисовал два портрета, говорю 60, а он у меня их купил за 35. Так что они лучше меня рисуют...». Стало неловко. Поговорили ещё пару минут и, сойдясь на том, что деньги не главное, расстались.
Я шёл и думал. Наверное художник не должен заниматься продажей своих произведений. Есть в этом что-то неправильное. Ведь продавать – это совершенно иной талант. Художник не может измерять свою работу в денежных единицах. Это, как спрашивать мать, сколько стоит её ребёнок. А сегодня тот, кто избрал искусство в качестве своего основного занятия, должен унижаться дважды, подстраиваясь под коньюктуру и занимаясь «продвижением» себя. Наверное, отчасти так было всегда, но наше время характерно перекосами в меркантильность и этот пример типичен.

Провинция


В Болгарии ранняя осень. Солнце не печёт, но греет ещё вполне добросовестно, если облака не мешают. Деревья едва подёрнулись желтизной. Воздух густой, вкусный. Плохо только возле шоссе. Вонь от машин, ужасающий мусор вдоль обочины. Все говорят про подорожавший бензин. На дорогах стало меньше машин, хотя вне города, по словам экскурсовода, пробок не было и раньше, даже на подъезде к Варне – второму по величине городу, после Софии (точнее СОфии, здесь произносят название столицы с ударением на первом слоге). Ощущение покоя (конечно, когда удаётся оторваться от израильской группы), неторопливости, приветливой простоы. Все благостные признаки провинции, которые отравлены неудачами в попытке вписаться в «современную действительность». В людях чувствуется горечь. Характерны замечания в диалоге: «...нет работы...», «...болгары в такси не ездят...». Всё это по контрасту с полутора миллионами иностранных туристов, посещающих Золотые Пески в течении одного сезона. С печалью думаю о нынешних детях в Варне. Чем они будут заниматься? В этой пасторали особенно больно видеть, как западная «хорошая жизнь» с её доминантными ценностями выбивает почву из-под ног векового уклада. То, что за полсотни лет не смогла разрушить Советская власть, импортные демократия и свобода делают за полтора десятка.
Всё же пока народные ремёсла на туристических рынках выглядят вполне достойно. Не так много продукции «аля аутентичность», которая продаётся во всех крупных туристических точках Европы, где довелось побывать, и почти не содержит национальных черт. Вполне допускаю, что и её уже производят в Китае. Здесь же приятно удивляет ручная работа болгарских мастеров по вполне приемлемым ценам. Качество не всегда высокое, но, даже покупая не торгуясь, не уходишь с рынка с ощущением, что заплатил раза в три больше, чем стоят твои сувениры. Особенно много по-настоящему красивых кружевных салфеточек, скатертей, подставочек и самых разнообразных поделок из дерева. Знаменитое розовое масло в деревянных футлярчиках – излюбленный сувенир советского туриста, т.к. «дёшево и сердито». Сколько раз я встречал эти приветы из Болгарии в среди форфора, рюмок и безделушек в российских сервантах! Нам тоже кто-то дарил такой. Ничего не изменилось. Те же формы, роспись, запах. Вообще от Болгарии на меня повеяло чем-то ностальгическим. Много хорошего от провинциальной России моего детства, а плохого почти ничего. Разве что сервис, в котором ещё чувствуется вбитое коммунистическим прошлым: «мы не рабы, рабы не мы», и не позволяет официантам и продавцам опускаться до услужливости.

Достопримечательности.


Достопримечательностей в Болгарии, судя по всему, не очень много. Главное достояние – природа. Лес, подходящий к берегу моря, - картина после пятнадцати лет в Израиле, кажущаяся невозможной. Песок на пляже и вправду чуть красноват. За это он и заслужил поэтическое название – золотой. Весь комплекс утопает в лиственном лесу, правда толком погулять по нему так и не успели – ведь были в Болгарии мы всего два с пололвиной дня. Что же касается рукотворных памятников, то для просмотра ближайшего из них пришлось проехать два с половиной часа на автобусе. По не самым лучшим дорогам, с не самым лучшим экскурсоводом и далеко не самой лучшей группой. В результате наибольшие впечатление оставили именно часы в автобусе, по крайней мере на Даньку (моя пятилетняя дочь). Она на обратном пути заснула, а когда мы разбудили её со словами, что уже приехали, она спросила: «Куда?» «В гостинницу», – ответили мы. «Так мы что, просто прокатались на автобусе?!», -спросила изумлённая дочь. Хотя сама достопримичательность произвела хорошее впечатление. Это был маленький древний городок на острове под названием Рыбатская Деревня. Симпатичные домики в итальянском стиле, несколько древних церквей пятого-тринадцатого веков, ресторанчики, нескончаемый рынок национальных изделий. Ребёнок стал обладателем деревянной змейки за три лева (два доллара), а мы накупили маленьких сувениров. Жаль времени было всего два часа, из них час ушёл на ресторан, так что насладиться атмосферой городка не успели. Он находится в непосредственной близости от Солнечного Берега – ещё одного крупного болгарского курорта (одних отелей 150 штук). Я не пожалел о поездке, единствнная ошибка в том, что отправились в неё с группой. Нужно было снять на день машину и попутешествовать самим. Всю информацию можно почерпнуть из путеводителей и карт, тем более, наш эекскурсовод не блистал эрудицией. По деньгам же это на четверых стоило бы почти столько же.
Для многих израилитян главным событием было «Метро» - сеть больших универмагов. Говорят, что цены там такие, что: «...как можно не купить!», - как выразилась одна барышня, чей рассказ я невольно слышал в автобусе, по дороге в аэропорт. Мы до «Метро» не добрались, зато сходили в дельфинариум в Варне и остались очень довольны.

Послевкусие


Грусть от расставания с осенью, от краткости встречи с ней. Теплота от общения с болгарами, ощущение уважения к ним и родства ментальности. Мысли о том, что было бы здорово пожить подольше в одном из прибрежных котеджей, которых встретили множество по дороге, хотя глубоко в душе понимаем, что даже шансы посетить Болгарию ещё раз не столь велики. Досада на навалившуюся жару и будни. Обострившееся желание что-то изменить...
Tags: дневниковое, личное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments