Eugene (Hanan) Krasnoshtein (3_14pi) wrote,
Eugene (Hanan) Krasnoshtein
3_14pi

Старый блокнот

При переезде был обнаружен мой старый, но самый дорогой блокнот. Потрёпанный, без обложки, с расплывшимися чернилами и еле видным графитом твёрдых карандашей. Я проносил его с собой всю армию, потом по общагам и домам родственников, у которых перекантовывался во время учёбы в Москве. Я записывал туда свои стихи. Наверное в них что-то есть, раз этот блокнот сохранился. Для меня это настоящее чудо (знающие мою рассеянность поймут). Стихи не бог весть какие, но это же юность! Тем и дороги. Впрочем, дороги, может быть, только для меня...

15.08.86
Армейские стихи

Когда бы душу не тревожил
Дурман пьянящих, смутных снов,
В которых мир блаженный ожил,
Прах поцелуев, эхо слов.

Где даже лёгкое касанье
Твоих чуть влажных, тёплых губ
Рождают в теле трепетанье
И дрожь несмело дерзких рук.

Когда б не каждое мгновенье,
Над коим властен только я,
Не отдавал в распоряженье
Мечтам и мыслям про тебя.

Когда бы так не жаждал встречи
И не был ей безумно рад,
Мне было бы намного легче
И тяжелее во сто крат!


19.08.86

Я уже никогда не забуду
Этот тёплый и ласковый взгляд
Эти влажные, мягкие губы
И волос щекотящую прядь

Не забуду размытые ночи
В отражении улиц ночных,
Яркий свет фонарей непорочный
И бесстыжесть дворов проходных.

Не забуду ступенек я гладких,
Уходящую вверх череду,
Где малейший шумок на площадках
Грубо сладкую рвёт пелену.

И какие бы страстные встречи
Не дарили мне жизнь и любовь
Этим снам уготовано вечно
В моей памяти вспыхивать вновь.


19.09.86

Лето, в ветвях величавого сада
Ты умираешь легко и не слышно,
Хором безропотных жертв листопада
Тебя отпевают опавшие листья.

Осень плаксиво наморщила тучи,
Жёлтою тенью на сад опустилась,
Слёзы в морщинах деревьев могучих,
Как в стариковских глазах накопились.

Ветер бесстыже срывает наряды,
Что на прощание были надеты.
Осень в ветвях величавого сада,
Кончился бал под названием лето.


Конец октября, 86
Первый лёд

Серым утром выхожу я на дорогу,
Где вчера ещё поток небесных вод
От туманной дали до порога
Разбросал кусками небосвод.

А сегодня никуда уже не дется
От холодной бледности кругом.
Как любовь, что изгнанна из сердца,
Небо замерзает подо льдом.

По дороге, словно обречённой,
Не плывут уж боле облака,
Только под ногой, нахлынув чёрным,
Трещинами вспучилась дыра


13.11.86

Пыль седая застит очи,
Мир покрылся белизной.
Стройный город в синей ночи
Обручается с зимой.

Подвенечные наряды
Безупречны и просты -
Только блёсток мириады
В ткани призрачной фаты.

Деревца толпятся вместе,
Меря снежные меха,
Машут ветками невесте,
Поздравляют жениха.

Полуночное свиданье
Приурочиваем мы
К первой ночи сочетанья
Долгих улиц и зимы.

Нынче нам картина эта
Так понятна и без слов,
Потому что до рассвета
В мире царствует любовь.



20.11.86
Ожиданье, ожиданье,
Дни недели, месяца.
Едкой пылью расставанья
Покрываются сердца.

Расставанья, ожиданья,
Боль щемящая в груди.
Письма и воспоминанья –
Два лекарства от тоски...



Апрель-май, 87
Весна, весна, идёшь ты издалеча
С живящим ветром в буйных волосах,
С накинутым на женственные плечи
Плащём волшебным в травах и цветах.

Тебя встречают бубны и свирели
И акапелло, спетое сковрцом,
В ушах твоих серёжки из капели
И теплота во взгляде голубом.

В снегу, твоим оплавленным дыханьем,
Всё призрачнее зимние следы.
И на душе щемящим ожиданьем
Рождаются неясные мечты.


17.05.87
Вечер. Смеркается. Полутонами
Ветви ложаться на пыл переулков.
В жёлтых зрачках засыпающих зданий
Слабо горит интерес близорукий.

Пары безмолвно плывут по асфальту,
Жмутся к манящему сумраку парка,
Где неразличны от гипсовых статуй –
Видны лишь белые зыбкие пятна.

Я только вечер один каратаю,
Тихо ступаю по лунной дорожке,
И про себя для тебя собираю,
Словно цветы, свои мысли и строчки.

Странно. Мне радостно рядом с тобою.
Я так люблю твои руки и губы
Но не позвал тебя нынче с собою,
Нынче хочу быть один... Почему бы?


5.09.87
Полдень

Лето, лето мягко прокатилось
По земле горячею волной
И по небу золотом разлилось,
Засверкав в оправе голубой.

Ливнем драгоценного металла
Падают в траву твои лучи,
И забрызгав зелень покрывала
Прорастают в жёлтые цветы.

А кругом всё празднично и ярко
Замер накалившийся простор
Даже ветру в поле стало жарко,
Стих, упав на красочный ковёр.

Я раскинув руки отдыхаю,
Жмусь к земле натруженной спиной
И до опьянения вдыхаю
Непередаваемый покой.



С 8 марта! (87-го года)
Что я могу, простой из смертных,
Когда вокруг шумит весна
Пускай тебя живящим ветром
Поздравит с праздником она!

Пускай она тебя встречает
Сияньем солнечных лучей,
И утра доброго желает
Её поверенный – ручей.

Седой сугроб склонит в почтеньи
Громаду тающей главы,
И лес безудержно весенний
Подарит первые цветы!


Ольге Борисовне Рыбаковой
Школьному библиатекарю.
Весна, 1988

Спасибо Вам за то, что были,
За то, что ждал я перемен,
Чтоб среди небыли и были
Немых, но строгих книжных стен

Облегчить душу разговором,
Задать терзающий вопрос,
За то, что мог наравных спорить,
За отношение всерьёз.

За то, что были откровенны,
За то, что я Вам мог не врать
И не был вынужден всё верным,
Что Вами сказанно считать.

За то, что я Вам не обязан,
За то, что Вы мне не должны,
За то, что я к Вам был привязан,
А вы – всегда ко мне добры.



23.09.87

Холод буравит войлок шинельный,
Зыбью подёрнулось тело продрогшее,
Небо угрюмое белой шрапнелью
Месит нещадно дорогу размокшую

Дерево клонит дряблые ветви,
Как стариковски костлявые кисти,
И отдаёт обнаглевшему ветру
Капельки лета – последние листья.

Вспыхнув на миг, они падают в лужи,
Гаснут в грязи под сапожной подошвой,
Только домов безразличные туши
Не сожалеют о солнечном прошлом.

Сырость и снег прилипают к одежде,
Сколько шагов до тебя мне осталось?
Кажется, капля последней надежды
С днём этим хмурым в душе оборвалась





На день рождения ТОлстому (армейскому товарищу)
25.09.87.

Толстый, я тебе желаю
Полноты грядущих лет,
Что бы адом был и раем
Но не тот, а этот свет,

Чтоб не стало исключеньем
Столько радости зараз:
Свой, кузинин дни рожденья,
Свадьба брата и Приказ!

И ещё, чтоб о ребятах,
Сослуживцах-дембелях
Вспоминал ты 25-ым
В ежегодных сентябрях*

И о том, как в свой последний
День рожденья на посту
Ты уже возможно дембель
В девятнадцатом часу,

Пнув в сердцах по доскам вышки
Вспомнив взводного «добром»
Размечатлся по привычке,
Как возьмешь своё потом

И вернувшись с этой смены
Не лишился чуть ушей
Только добрым непременно
Вспомнишь этот хмурый день

Потому что через годы
Гаснет боль былых обид
Так устроено природой –
Память лучшее хранит

Но и в жизни предстоящей
Пусть поменьше будет бед
А взамен побольше счастья
И заслуженных побед.

Пока молод плюй на герцы
Не беги любых страстей
Доводи шальное сердце
До предельных скоростей

Не застрянь среди дороги -
Нету времени стоять
Слишком быстро мчатся годы,
Но их нужно обогнать.

Но с прямой не вздумай сбиться,
Будь всегда самим собой,
Ведь покой нам только сниться,
Жизнь же это – вечный бой.

*25-ое сентября – день Приказа Командущюего Советской Армии о призыве новобранцев и роспуске на дембель. Можнейший эпицентр солдатского фольклёра





После Армии


Будильник морщит стрелки хмуро
Биеньем сердца своего
Он отмеряет капли утра
Покрывших серостью окно

Полурассвет и полутемень
Рисуют мир полутонов
И неразбуженное время
Плывёт пока что в море снов.

Ты, как доверчивая фея,
Раскинув руки широко,
В объятьях нежного Морфея
Внимаешь пению его.

Но вдруг, как будто вспомнив что-то,
Будильник взвился над столом,
Ворвавшись в сон фальшивой нотой
Своим пронзительным звонком.

Апрель, 88

Небо пьяными слезами
Сеет свежесть сквозь листву
Двор косится фонарями
В пузырящуюся тьму

Словно парус в океане,
Рвёт из рук мой утлый зонт,
А вода бежит ручьями
В двухметровый горизонт.

Ночь пытается меж нами
Провести свою черту,
Но палящими губами
Мы сжигаем черноту.

Апрель, 88
В Березники
Город белых берёз
Выплыл утром сырым.
В горизонте пророс
Он бетоном седым

Замедляется шаг
Разогретых колёс,
Вот и первый асфальт
Полетел под откос

И осталась вдали
Тяжесть взглядов косых.
Мы на день унеслись
В этот мир на двоих

Без оглядки любить
И не пить своих слёз
Хоть на день помоги,
Город белых берёз!


Июль, 88
(На практике в тайге.)

Скупая ночь накрыла разбитые просторы
И абажур белёсый надела на луну.
Палатки заскучали без шумных разговоров,
Заснул усталый лагерь, затерянный в лесу.

Не много и не мало мы знаем друг о друге.
Пока что не подруги, пока что не друзья,
Но тянутся к гитаре настойчивые руки
И песня улетает за искрами костра.

Обрезан горизонт по кромке искр и звуков,
А дальше, словно стены, тумана облака.
И тишина, как струны, вибрирует от стука
Аккордов и ладоней в груди и у виска.




20.08.88
Из Латвии
Все эти дни я с тупым постоянством
Думаю, как повстречаюсь с тобой.
Мне надоели святые убранства
Древних костёлов своей красотой

Мне надоела бесцельность прогулок
Старых домов вековые черты.
Мне нужен только один переулок
Тот, где в конце появляешься ты.

Я б не спешил и оттягивал встречу,
Каждый твой шаг и свой шаг смаковал
Долго б смотрел, обннимая за плечи,
И целовал, целовал, целовал.



Март-апрель, 89

Уходишь от себя, куда – н знаешь
Самообман заполнен пустотой
Уходишь от себя, хоть твёрдо знаешь,
Что неизбежно встретишься с собой.

Не стоит драться с собственною тенью -
На ней не остаётся синяков,
И даже мимолётное сомненье
Не разрешить посредством кулаков

Идти к себе труднее, но короче.
Идти в себя больнее, но верней
И всё же лучше выстраданность ночи
Побега в суету бесцельных дней.


Конец апреля, 89

Я иду сквозь клочья гама,
По осколкам фонарей,
Отражённых в амальгаме
Нескончаемых аллей

Мимо музыки потоков
И разливов площадей,
Мимо скрипа длинных охов
Отворяемых дверей.

Мимо сумрачности томной
За границей световой,
Как художник вдохновлеённый,
Переполненный собой.

Музы встречи и разлуки,
Музы густи и любви
Мне протягивают руки
И манят из темноты.

На ночном экране чёрном
Мне сулит цветные сны
Буйный разум, осенённый
Музой ветренной весны.


Tags: стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment